Пленумы верховного суда пмр

Пленумы верховного суда пмр

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА ПРИДНЕСТРОВСКОЙ МОЛДАВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

№ 12/16

г. Тирасполь, 3 октября 2014 года

О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики об исковой давности

В целях обеспечения правильного и единообразного применения судами общей юрисдикции и Арбитражным судом Приднестровской Молдавской Республики (далее – судами) положений Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики об исковой давности Пленум Верховного суда Приднестровской Молдавской Республики и Пленум Арбитражного суда Приднестровской Молдавской Республики постановляют дать следующие разъяснения.

1. В соответствии со статьей 211 Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики (далее – ГК ПМР) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Исковая давность не может применяться к случаям оспаривания нормативного правового акта, если иное не предусмотрено законом.

2. При исчислении сроков исковой давности, установленных частью второй ГК ПМР, судам применительно к части первой статьи 10 Закона Приднестровской Молдавской Республики «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики» следует учитывать, что установленные частью второй ГК ПМР сроки исковой давности применяются к тем искам, сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действовавшим законодательством, не истекли до 1 мая 2000 года.

3. При подготовке дела к судебному разбирательству судья не вправе предлагать какой-либо из сторон представлять доказательства или давать объяснения (в том числе в определении судьи о подготовке дела к судебному разбирательству), связанные с пропуском срока исковой давности. Если же заинтересованная сторона (например, ответчик в отзыве на исковое заявление) ссылается на пропуск срока исковой давности, судья вправе в порядке подготовки дела к судебному разбирательству, в целях обеспечения его своевременного и правильного разрешения предложить каждой из сторон представить по данному вопросу соответствующие доказательства (статьи 66, 67, 166 Гражданского процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики (далее – ГПК ПМР), статьи 45, 46, 101 Арбитражного процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики (далее – АПК ПМР)).

Срок исковой давности может быть восстановлен судом по заявлению гражданина применительно к правилам статьи 221 ГК ПМР, если гражданин пропустил его по уважительным причинам, причем причины пропуска срока исковой давности могут быть признаны уважительными, если они имели место в последние 6 (шесть) месяцев срока давности, а если этот срок равен 6 (шести) месяцам или составляет менее 6 (шести) месяцев – в течение срока давности (часть вторая статьи 221 ГК ПМР).

4. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 215 ГК ПМР). Согласно пункту 1 статьи 40 ГПК ПМР и пункту 1 статьи 26 АПК ПМР сторонами в деле являются истец и ответчик. В силу пункта 1 статьи 9 ГК ПМР граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, включая право заявить в суде об истечении срока исковой давности. Поэтому судам необходимо иметь в виду, что заявление о пропуске срока исковой давности, сделанное третьим лицом, не является основанием для применения судом исковой давности, если соответствующее заявление не сделано стороной по спору.

Заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о пропуске срока исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены (полностью или в части) за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи, находящейся в совместной собственности нескольких лиц).

5. Учитывая, что законодательством не предусмотрено каких-либо требований к форме заявления стороны в споре о пропуске срока исковой давности, оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме непосредственно в ходе судебного разбирательства. В последнем случае о сделанном заявлении в соответствии с подпунктом и) пункта 2 статьи 251 ГПК ПМР и подпунктом 7) пункта 1 статьи 112 АПК ПМР указывается в протоколе судебного заседания.

6. Заявление ненадлежащей стороны о применении срока исковой давности правового значения не имеет.

7. Учитывая, что в силу пункта 2 статьи 47 ГПК ПМР и пункта 2 статьи 32 АПК ПМР для правопреемника обязательны все действия, совершенные в процессе до его вступления, в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которого правопреемник заменил, суд применяет исковую давность, если ответчик, которого заменил правопреемник, сделал такое заявление до вынесения решения суда. Повторного заявления правопреемника в данном случае не требуется.

8. При рассмотрении дел о применении последствий недействительности ничтожной сделки следует учитывать, что для этих исков установлен трехлетний срок исковой давности, который в силу пункта 1 статьи 197 ГК ПМР исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о совершении такой сделки.

9. К требованиям о признании недействительной оспоримой сделки не применяются общие правила, установленные статьей 216 ГК ПМР о начале течения срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 197 ГК ПМР годичный срок давности по указанным искам следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 195 ГК ПМР), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

10. Течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

11. В соответствии со статьей 216 ГК ПМР течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение (статьи 48, 49 ГПК ПМР, статьи 33, 34 АПК ПМР).

12. При предъявлении иска ликвидационной комиссией от имени ликвидируемого юридического лица к третьим лицам, имеющим задолженность перед организацией, в интересах которой предъявляется иск, срок исковой давности следует исчислять с того момента, когда о нарушенном праве стало известно обладателю этого права, а не ликвидационной комиссии.

13. Судам следует учитывать, что в отношении государственного имущества действуют общие положения об исчислении срока исковой давности.

14. При предъявлении иска об истребовании из чужого незаконного владения имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарным предприятием или учреждением, собственником имущества унитарного предприятия или учреждения срок исковой давности следует исчислять со дня, когда о нарушенном праве стало известно или должно было стать известно унитарному предприятию или учреждению (статья 216 ГК ПМР).

15. По делам о признании сделки унитарного предприятия, заключенной с нарушением части первой пункта 2 статьи 312 ГК ПМР и (или) положений Закона Приднестровской Молдавской Республики «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», недействительной ответчик вправе заявить об истечении срока исковой давности на основании пункта 2 статьи 197 ГК ПМР.

16. По смыслу пункта 3 статьи 267 ГК ПМР при продаже доли в праве общей собственности с нарушением преимущественного права покупки других участников долевой собственности любой участник долевой собственности имеет право в течение 3 (трех) месяцев со дня, когда ему стало известно или должно было стать известно о совершении сделки, требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Исковые требования, предъявленные с пропуском указанного срока, удовлетворению не подлежат. В то же время по заявлению гражданина применительно к правилам статьи 221 ГК ПМР этот срок может быть восстановлен судом, если гражданин пропустил его по уважительным причинам.

17. В пункте 4 статьи 251 ГК ПМР предусмотрено специальное основание для начала течения срока приобретательной давности, которое не ограничено условиями пункта 1 указанной статьи. Если основанием для отказа в удовлетворении иска собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения является пропуск срока исковой давности, с момента его истечения начинает течь срок приобретательной давности в отношении спорного имущества.

18. Судам при рассмотрении споров о восстановлении права на долю в общей долевой собственности необходимо учитывать следующее.

Если доля в праве общей долевой собственности возмездно приобретена у лица, которое не имело права ее отчуждать, о чем приобретатель не знал и не должен был знать, лицо, утратившее долю, вправе требовать восстановления права на нее при условии, что эта доля была утрачена им помимо его воли. При рассмотрении такого требования по аналогии закона подлежат применению статьи 318, 319 ГК ПМР. На это требование распространяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 212 ГК ПМР.

19. Течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее – ЕГРП). При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права. Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 212 ГК ПМР.

Вместе с тем, в силу подпункта г) статьи 224 ГК ПМР, в случаях, когда нарушение права истца путем внесения недостоверной записи в ЕГРП не связано с лишением владения, на иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется.

20. Поскольку законом не предусмотрено иное, общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 212 ГК ПМР, распространяется на требование о государственной регистрации сделки или перехода права собственности.

По смыслу пункта 1 статьи 216 ГК ПМР течение срока исковой давности по требованию о государственной регистрации сделки или перехода права собственности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, например, со дня отказа контрагента по сделке передать документы, необходимые для регистрации, или создания иных препятствий для такой регистрации.

21. При рассмотрении заявления стороны в споре о применении исковой давности в отношении требований юридического лица необходимо иметь в виду, что в силу пункта 1 статьи 216 ГК ПМР течение срока исковой давности начинается со дня, когда юридическое лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. С учетом этого довод вновь назначенного (избранного) руководителя о том, что он узнал о нарушенном праве возглавляемого им юридического лица лишь со времени своего назначения (избрания), не может служить основанием для изменения начального момента течения срока исковой давности, поскольку в данном случае заявлено требование о защите прав юридического лица, а не прав руководителя как физического лица. Указанное обстоятельство не является основанием и для перерыва течения срока исковой давности.

22. Учитывая, что обстоятельства, перечисленные в статье 219 ГК ПМР, являются безусловными основаниями для перерыва течения срока исковой давности, а решение суда должно быть законным и обоснованным, суд при рассмотрении заявления стороны в споре об истечении срока исковой давности применяет правила о перерыве срока давности и при отсутствии об этом ходатайства заинтересованной стороны при условии наличия в деле доказательств, достоверно подтверждающих факт перерыва течения срока исковой давности.

Следует иметь в виду, что перечень оснований перерыва течения срока исковой давности, установленный в статье 219 ГК ПМР и иных законах (часть вторая статьи 214 ГК ПМР), не может быть изменен или дополнен по усмотрению сторон и не подлежит расширительному толкованию.

23. В соответствии со статьей 219 ГК ПМР течение срока исковой давности прерывается, в частности, предъявлением иска в установленном порядке, то есть с соблюдением правил о подведомственности и подсудности дела, о форме и содержании искового заявления, об оплате его государственной пошлиной, а также других предусмотренных ГПК ПМР или АПК ПМР требований, нарушение которых влечет отказ в принятии искового заявления или его возврат истцу.

Согласно пункту 2 статьи 210 ГК ПМР письменные заявления, сданные в организацию связи до 24 (двадцати четырех) часов последнего дня срока, считаются сделанными в срок. Поэтому днем предъявления иска следует считать дату почтового штемпеля отделения связи, через которое отправляется исковое заявление в суд.

Поскольку судебная защита права кредитора по требованию о взыскании денежных сумм или об истребовании движимого имущества от должника может быть осуществлена не только в исковом производстве, но и путем выдачи судебного приказа, что является упрощенной процедурой рассмотрения дел данной категории (глава 12 ГПК ПМР), подача кредитором заявления о выдаче судебного приказа с соблюдением положений, предусмотренных статьями 136–138 ГПК ПМР, прерывает течение срока исковой давности, так же, как и подача в установленном порядке искового заявления по указанным выше требованиям.

В тех случаях, когда исковое заявление подается непосредственно в суд, датой предъявления иска следует считать день, в который исковое заявление поступило в суд.

Если в принятии заявления было отказано по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 139 ГПК ПМР, пунктом 1 статьи 148 ГПК ПМР, пунктом 1 статьи 96 АПК ПМР, либо оно возвращено истцу (пункт 1 статьи 149 ГПК ПМР, часть вторая пункта 2 статьи 150 ГПК ПМР, пункт 1 статьи 97 АПК ПМР), срок давности прерывается лишь с того дня, когда заявление будет подано в суд с соблюдением установленного порядка.

В случае своевременного исполнения истцом всех требований, изложенных в определении судьи об оставлении заявления без движения, а также при отмене определения о возврате заявления, данное заявление в силу части первой пункта 2 статьи 150 ГПК ПМР или пункта 3 статьи 96-1 АПК ПМР считается поданным в день его первоначального представления в суд, и именно с этого времени прерывается течение срока исковой давности. Со времени первоначального обращения в суд с заявлением прерывается течение срока исковой давности и в случае отмены определения судьи об отказе в принятии искового заявления, об отказе в принятии заявления о выдаче судебного приказа либо об отказе в выдаче судебного приказа.

Увеличение или уменьшение истцом размера исковых требований до принятия судом решения (пункт 1 статьи 41 ГПК ПМР и пункт 1 статьи 29 АПК ПМР), в частности увеличение или уменьшение суммы иска, не изменяет момента перерыва течения срока исковой давности, наступившего в связи с предъявлением иска в установленном порядке.

Течение срока исковой давности по требованию к привлеченному судом другому ответчику или второму ответчику прерывается в день заявления истцом соответствующего ходатайства, а при отсутствии такого ходатайства – с момента привлечения судом этого ответчика к участию в деле.

24. При оценке судами обстоятельств, свидетельствующих о перерыве течения срока исковой давности, необходимо, в частности, учитывать, что предъявление в установленном порядке платежного документа на безакцептное (бесспорное) списание, право на которое предоставлено кредитору законом или договором, не прерывает течения срока исковой давности, поскольку для перерыва течения срока исковой давности требуется предъявление иска (статья 219 ГК ПМР).

25. Правила статьи 219 ГК ПМР о перерыве течения срока исковой давности в связи с совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга, не могут быть применены к отношениям между организациями по признанию долга, имевшим место до вступления в действие части первой ГК ПМР.

26. При исследовании обстоятельств, связанных с совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 219 ГК ПМР), суду необходимо в каждом случае устанавливать, когда конкретно были совершены должником указанные действия, имея при этом в виду, что перерыв течения срока исковой давности может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

27. К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, исходя из конкретных обстоятельств, в частности, могут относиться: признание претензии; частичная уплата должником или с его согласия другим лицом основного долга и (или) сумм санкций, равно как и частичное признание претензии об уплате основного долга, если последний имеет под собой только одно основание, а не складывается из различных оснований; уплата процентов по основному долгу; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа); акцепт инкассового поручения. При этом в тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь какой-то части (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

28. Совершение работником должника действий по исполнению обязательства, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что эти действия входили в круг его служебных (трудовых) обязанностей или основывались на доверенности либо полномочие работника на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой он действовал (часть вторая пункта 1 статьи 198 ГК ПМР).

29. Поскольку в статье 219 ГК ПМР, в частности, сказано, что течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга, исковая давность не может прерываться посредством бездействия указанного лица.

Поэтому то обстоятельство, что должник не оспорил платежный документ о безакцептном (бесспорном) списании денежных средств, возможность оспаривания которого допускается законом или договором, не может служить доказательством, свидетельствующим о признании обязанным лицом долга.

30. Признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора (в частности, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами), а также требований по возмещению убытков, и соответственно, не может расцениваться как перерыв течения срока исковой давности по дополнительным требованиям и требованию о возмещении убытков.

31. Поскольку с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (статья 223 ГК ПМР), судам следует иметь в виду, что, в частности, при истечении срока исковой давности по требованию о возврате или уплате денежных средств истекает срок исковой давности по требованию об уплате процентов, начисляемых в соответствии со статьей 412 ГК ПМР; при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения (статьи 1138, 1139 ГК ПМР) истекает срок исковой давности по требованию о возмещении неполученных доходов (пункт 1 статьи 1141 ГК ПМР).

32. Исковая давность на взыскание процентов, уплачиваемых заемщиком на сумму займа в размере и в порядке, определяемых пунктом 1 статьи 836 ГК ПМР, истекает в момент истечения срока исковой давности по требованию о возврате основной суммы займа (кредита). При этом если стороны договора займа (кредита) установили в договоре, что указанные проценты подлежат уплате позднее срока возврата основной суммы займа (кредита), срок исковой давности по требованию об уплате суммы таких процентов, начисленных до наступления срока возврата займа (кредита), исчисляется отдельно по этому обязательству и не зависит от истечения срока исковой давности по требованию о возврате основной суммы займа (кредита).

33. В соответствии с пунктом 7 статьи 167 ГПК ПМР возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности может быть рассмотрено судом в предварительном судебном заседании.

При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

При отсутствии оснований для вывода о пропуске истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права судья назначает дело к судебному разбирательству.

В ходе судебного разбирательства ответчик вправе вновь заявить возражения относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права. Суд в этом случае не может быть ограничен в исследовании соответствующих обстоятельств дела исходя из установленных законом целей и задач гражданского судопроизводства.

Если суд кассационной инстанции придет к выводу о том, что принятое судом первой инстанции в предварительном судебном заседании решение об отказе в удовлетворении иска по причине пропуска срока исковой давности является незаконным и (или) необоснованным, то он отменяет решение суда первой инстанции. В такой ситуации дело подлежит направлению в суд первой инстанции для его рассмотрения по существу заявленных требований, поскольку обжалуемое решение суда было вынесено в предварительном судебном заседании без исследования и установления иных фактических обстоятельств дела.

Если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то, при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности, суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с частью второй пункта 2 статьи 215 ГК ПМР истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

suddep.gospmr.org

Пленумы верховного суда пмр

Пленуму Верховного суда ПМР
от Леонова Льва Александровича

Копия: Президенту ПМР Смирнову И.Н.
Копия: Министру госбезопасности ПМР Антюфееву В.Ю.
Копия: Министру юстиции ПМР Балала В.А.
Копия: Председателю Конституционного суда ПМР Григорьеву В.А.

Копия: Депутатам Госдумы РФ В.Тихонову, В.Алкснису, С.Бабурину.
Копия: Президенту РМ Воронину В.Н.
Копия: ОБСЕ-Молдова.
Копия: СМИ Приднестровья, Молдовы, России.

Уважаемые господа, члены Пленума Верховного суда ПМР!

Лица, которым процессуальное законодательство ПМР предоставляет право протеста в порядке надзора, по нашему делу никогда с таким протестом в адрес Пленума Верховного суда ПМР не обратятся по причинам ниже изложенным. Как бы убедительно их не просили (а просили не однократно). Лица, участвующие в деле (и я в том числе), по ГПК ПМР не могут обжаловать в надзорном порядке судебные постановления в отличие, например, от нового российского процессуального законодательства. Поэтому, являясь лицом, участвующим в деле, обращаюсь к Пленуму Верховного суда ПМР с обычным заявлением, которое прошу рассмотреть в порядке рассмотрения обычных писем и заявлений граждан, дать надлежащий ответ и принять к сведению факты, в нем изложенные.

Речь пойдет о большом отрезке времени – пяти годах, об аспектах не одного судебного разбирательства, не одного дела. Подробно с этими событиями можно ознакомиться на сайте в интернете « Одна против всех (история о том, как простая женщина боролась с государством ПМР)» по адресу http://femida-pmr.narod.ru Сайт развернут нашими московскими консультантами в 2003 г., и постоянно пополняется новыми материалами и комментариями. На мой взгляд, на изложенные здесь факты стоит обратить внимание, поскольку в совокупности, в главном, они свидетельствуют о том, что государство ПМР не в состоянии обеспечить надлежащее функционирование судебной системы – одной из ветвей власти . Тем самым в ПМР объективно и постоянно нарушаются права человека на судебную защиту. Мне кажется, эта тема достойна внимания Пленума Верховного суда ПМР и лиц, которым направлена копия данного заявления.

Объективно государство ПМР не может обеспечить надлежащую работу судебной системы в том виде, как она сейчас существует, не только по материальным, но и по кадровым причинам. На территории ПМР и в Советское время не было судей высокого уровня, даже областного масштаба. Да тогда этого и не требовалось, поскольку их решения проверялись более подготовленными и, главное, более объективными судьями, вплоть до московских. Когда городские и районные судьи при образовании ПМР в одночасье назвали себя Верховными, они не стали ни опытнее , ни квалифицированнее, ни верховнее. Но ситуация в правовой сфере изменилась кардинально, поскольку теперь решения судей городского масштаба стали кассировать судьи такого же городского масштаба. Исправлять ошибки стало некому. К тому же, в ПМР пытались копировать судебную систему настоящего большого государства, что явно несостоятельно. Ведь небольшая ПМР сильно ограничена во всяких видах ресурсов. А иную, адекватную масштабу форму судебной системы и не пытались найти. Со временем проблемы масштаба нарастали. Появился субъективный фактор, связанный с желанием отдельных лиц сохранить свое привилегированное положение в судебной власти – единственной легитимной пожизненной власти в обществе. В результате судебная система ПМР сегодня выглядит так, как будто ее приватизировала кучка малограмотных, мелко хитроватых и амбициозных деятелей. Вот об этом субъективном факторе и пойдет дальше речь.

При этом буду опираться на факты из :

1) уголовного дела по обвинению Улыбина В.А., русского, работника Молдавской ГРЭС, в совершении дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погиб Новачлы Н.В., молдаванин, работник Молдавской ГРЭС;

2) гражданского дела по иску тещи погибшего Коробки В.Г., молдаванки, о возмещении материального вреда в связи со смертью кормильца;

3) алиментного дела по иску Петко А.Г., молдаванина, к Петко Н.Н., молдаванке, дочери погибшего Новачлы Н.В. — о снятии алиментов.

Остальные гражданские дела, примыкающие к названным, опу щ у, чтобы не перегружать изложение. С ними можно ознакомиться на указанном сайте в интернете.

Все эти дела объединяет одно действующее лицо – Петко Неля Николаева. В этих делах она выступала или стороной, или представителем стороны, или законным представителем потерпевшего. Ее действия в защиту законных прав – своих или доверителей – и постоянно вскрываемое ею при этом беззаконие в судах ПМР, граничащее с юридической безграмотностью и/или произволом ( в зависимости от точки зрения), вызвало ответную реакцию судебной и – шире – правоохранительной системы ПМР. (Разве лишь милиция Днестровска и Тирасполя показала себя, в общем, достойно). Эта реакция выразилась, например:

— в возбуждении Тираспольской прокуратурой против Петко Н.Н., заведомо невиновной, четырех уголовных дел в 2003 г. (для сравнения: всего прокуратурой в том году было возбуждено 14 уголовных дел);

— в организованном по сговору пересмотре приговора многолетней давности с целью наказать Петко Н.Н. рублем;

— в искусственном затягивании на два года рассмотрения иска Коробки В.Г. о компенсации материального ущерба в связи с потерей кормильца. Дожидались смерти 83-летнего инвалида первой группы с ампутированными ногами Коробки В.Г., ведь Петко, внучка истца, представляла в суде его интересы — так не получишь ты ничего;

— в изъятии судьями Тираспольского суда Вильгаук С.И. и Цверковичем А.Б. в алиментном деле Петко важного доказательства и последующем сокрытием прокуратурой и судом этого уголовно наказуемого деяния, предусмотренного ст. 301 УК ПМР.

Не случайно в 2004 г. Петко Н.Н. вынуждена была потребовать отвода всей судебной системы ПМР, который, естественно, не был принят.

Преследуя, шантажируя и наказывая возмутителя спокойствия Петко, судебная и правоохранительная система ПМР применила всю свою мощь без оглядки на международные нормы или какой-либо контроль. Это стало возможным в силу непризнанности государства ПМР. Против Петко были применены все и законные средства подавления, и традиционное околоправовое судебное крючкотворство, и откровенно незаконные наезды, при этом органы третьей власти отмахнулись даже от законов ПМР, которые эти органы власти были как бы согласны и обязаны исполнять.

Апофеозом борьбы государства ПМР в лице его судебной и правоохранительной системы с Петко явилось постановление Президиума Верховного суда ПМР от 10.01.2003 г., принятое по протесту заместителя прокурора ПМР Н. Стародубка от 25.12.2002 г. Позволю себе остановиться на этих документах подробнее.

Предыстория появления их такова. В ноябре 1999 г. Улыбин В.А. своим автомобилем раздавил на дороге велосипедиста Новачлы Н.В. – отца Петко Н.Н. Уголовное дело в отношении Улыбина В.А. завершилось в октябре 2000 г. приговором Слободзейского суда. В связи с амнистией к 10-летию провозглашения ПМР, от наказания Улыбин В.А. был освобожден.

В уголовном деле рассматривалось два гражданских иска к Улыбину В.А.: иск Новачлы М.К. — жены погибшего, о взыскании материального ущерба и иск Петко Н.Н. – дочери погибшего, о компенсации морального вреда. Один из исков, Новачлы М.К., частично был удовлетворен в уголовном процессе в части возмещения расходов на похороны.

В связи с долгим обжалованием в кассационной инстанции, болезнью, а потом и заменой судебного исполнителя исполнено решение суда было только через год. В связи с инфляцией Петко, являясь правопреемницей умершего истца Новачлы М.К., недополучила сумму, равную двум ее месячным зарплатам. Она потребовала индексации. Слободзейский суд удовлетворил это требование.

Затем в дело вступила зам. председателя Верховного суда ПМР Воровальницева Н.В. По ГПК ПМР она не являлась лицом, уполномоченным приносить протест на решения судов первой инстанции, тем не менее такой протест на определение Слободзейского суда об индексации Воровальницева внесла, а Верховный суд ПМР в сентябре 2002 г. протест неуполномоченного лица Воровальницевой рассмотрел и удовлетворил, отменил индексацию присужденных сумм. Петко пыталась обжаловать. Вместо того чтобы отменить явно незаконное определение, чиновники Верховного суда ПМР встали на защиту своих амбиций непогрешимости. Петко четырежды на протяжении семи месяцев обращалась с надзорной жалобой к Председателю Верховного суда ПМР Ивановой О.Д., которая по существу не рассматривалась. Взамен приводились нелепые объяснения, не выдерживающие никакой критики, поскольку нарушение закона при удовлетворении протеста неуполномоченного лица Воровальницевой являлось очевидным и бесспорным.

Неуступчивость Петко Н.Н. побудила чиновников от судебной власти применить более действенные средства для защиты реноме Воровальницевой Н.В. и своих амбиций непогрешимости. В развитие вышеуказанного незаконного определения Верховного суда ПМР Слободзейский суд в октябре 2002 г. отказывает Петко Н.Н. в индексации присужденных сумм. В ноябре 2002 г. при рассмотрении ее кассационной жалобы председатель кассационной коллегии Верховного суда ПМР Гаврилюк В.А. открытым текстом заявляет, что если Петко не отзовет свою жалобу на незаконный протест Воровальницевой Н.В. и последующее определение Верховного суда ПМР, то прокуратура ПМР опротестует приговор. Тогда-де Петко не получит не только индексацию, но и потеряет все, присужденное по приговору Слободзейского суда в 2000 году. Эти слова можно рассматривать как классический шантаж. Последующие события подтвердили серьезность высказанных намерений. Петко не уступила, не отозвала свои жалобы, и 25 декабря 2002 г. прокуратура ПМР внесла протест на приговор Слободзейского суда. А Президиум Верховного суда ПМР его удовлетворил своим постановлением от 10.01.2003 г. Угроза была реализована.

Заслуживают внимания некоторые обстоятельства внесения протеста. Он внесен более чем через два года после приговора, более чем через год после исполнения решения. При этом ответчик Улыбин никогда не оспаривал присужденную к уплате сумму, не сопротивляясь ее выплатил, не просил он и прокуратуру о внесение протеста по поводу выплаченной суммы. Он был не менее Петко удивлен инициативной любезностью, проявленной прокуратурой ПМР в его адрес , когда об этом узнал .

С другой стороны, и Петко, и я еще в 2001 году трижды обращались в прокуратуру ПМР с просьбой опротестовать приговор Слободзейского суда. Трижды получали отказ, сформулированный так, что приговор в целом составлен без сучка и задоринки. И вдруг после трех отказов, по прошествии двух лет и без всякого нажима заинтересованных лиц, прокуратура решила приговор опротестовать.

Такую щепетильность в части соблюдения законности в судах прокурор ПМР В.П. Захаров объяснил желанием ГСО вновь проверить старое дело. Да Бога ради, проверяйте, у прокуратуры ведь других дел нет, а все преступники в ПМР пойманы и наказаны! Однако при этой проверке прокуратура ПМР почему-то не обратила никакого внимания на незаконный протест неуполномоченного лица Н.Воровальницевой в том же самом деле, на незаконное его удовлетворение Верховным судом ПМР и не опротестовала эти незаконные документы. И не делает этого до сих пор. Такое избирательное внимание к беззаконию подтверждает: искали лишь повод наказать Петко.

С протестом прокурора Н.Стародуба не были ознакомлены до судебного заседания Президиума Верховного суда ПМР ни Петко, ни Улыбин. В результате Петко была лишена права обратиться к вышестоящему прокурору с просьбой об отзыве протеста. Не были приглашены указанные лица и на заседание Президиума Верховного суда ПМР, когда рассматривался протест. О состоявшемся постановлении Президиума они узнали через месяц, при рассмотрении одной из кассационных жалоб. О.Д.Иванова заявляет, что протест направлялся, но почта не доставила, так как у суда нет средств на заказные письма и письмо было направлено простое. Но отправка простого письма не является надлежащим уведомлением в духе требований закона, так как в случае с простым письмом не подтверждается ни факт его отправки, ни факт получения. Заявление О.Д. Ивановой только убеждает, что государство ПМР материально не в состоянии обеспечить надлежащее функционирование судебной системы.

Я далек от мысли, что в Верховном суде ПМР, когда надо, делают запись в канцелярской книге об отправке простого письма, но само письмо не отправляют. Однако исключить такую возможность нельзя. Тем самым открывается лазейка для достижения желаемых процессуальных результатов. Так, в 1999 г. следователь Слободзейской милиции О.И. Балан, несмотря на неоднократно выраженную просьбу Петко не отправлять ей документы по почте простым письмом (она готова была всякий раз являться за ними лично), все-таки использовал почту в интересах Улыбина . Незаконно отказав в возбуждении гражданского иска, следователь «вернул» по почте простым письмом иск с прилагаемыми документами, в результате чего были утеряны платные справки и (навсегда) подлинники документальных доказательств по иску. В ПМР и прокурор ( в данном случае речь веду о прокуроре Слободзейского района А.М. Урском) может показать канцелярскую книгу с соответствующей записью об отправке простого письма и развести руками. Но никаких мер против «нерадивой почты» не предпримет. В ПМР властям, видимо, выгодна такая почта.

И, наконец, кому был выгоден протест прокуратуры и последовавшее постановление Президиума Верховного суда ПМР? Улыбину? Нет, поскольку расходы на похороны, являясь частью возмещения вреда, причиненного увечьем и иным повреждением здоровья, в общем случае не подлежат возврату, и Улыбин ничего не мог вернуть по закону. Выгодно было только Н.Воровальницевой. Как с радостью сообщила О.Д.Иванова Н.Н. Петко на очередную надзорную жалобу по Н.Воровальницевой: «Ваша просьба о внесении протеста на определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда ПМР от 12 сентября 2002 г. оставлена без удовлетворения, поскольку Постановлением Президиума Верховного суда ПМР от 10 января 2003 г. приговор в части гражданского иска отменен, Ваши исковые требования оставлены без рассмотрения и обжалуемое вами определение правового значения для рассмотрения данного спора не имеет». Вот зачем потребовалось прокуратуре и Верховному суду ПМР огород городить! Через восемь месяцев после первой надзорной жалобы Петко на протест Воровальницевой и порожденное им определение Верховного суда ПМР, после нескольких безнадежных попыток околоправового судебного крючкотворства с целью защиты реноме Воровальницевой, Верховный суд ПМР, как ему казалось, с помощью протеста прокурора и безобразного постановления от 10.01.2003 г. вышел из положения. (Если сговора с прокуратурой не было, то откуда судья Верховного суда ПМР Гаврилюк В.А. мог за месяц до принесения прокуратурой протеста знать о нем?). Но им только так казалось, что вышли из положения. Ведь незаконные судебные постановления должны отменяться в силу самой их незаконности, а не потому, имеют или не имеют они правовое значение при рассмотрении какого-либо спора. Однако отменять незаконное само по себе определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда ПМР от 12.09.2002 г. ни прокуратура ПМР, ни Верховный суд ПМР не торопятся.

Такова история появления протеста прокуратуры ПМР от 25.12.2002 г. и постановления Президиума Верховного суда ПМР от 10.0 1.2003 г. История грязная.

Теперь предлагаю взглянуть на эти документы (в их увязке).

Оба документа написаны неряшливо, бездумно, как говорится, «левой ногой», что свидетельствует о низком качестве подготовки постановлений на самых верхних этажах прокуратуры и суда ПМР. При этом Президиум Верховного суда ПМР просто перекатил ошибки протеста в свое Постановление и добавил свои. Вот доказательства неряшливости:

Неправильно указаны фамилии истцов : Новачина вместо Новачлы, Петкова вместо Петко. А ведь дело уголовное, связанное с конкретной личностью – и ни с кем иным! При первом знакомстве с постановлением Президиума Верховного суда ПМР по «живой» копии (на копии стояла подлинная подпись О.Д. Ивановой и печать Верховного суда ПМР) я обратил внимание Председателя Верховного суда ПМР на неправильные фамилии и попросил дать возможность ознакомиться с подлинником постановления. Мне было отказано. Лишь через две недели ксерокопия подлинника была получена по почте. В ней уже значились фамилии Новачлы и Петко (а не Новачина и Петкова) . В сопроводительном письме О.Д.Иванова сообщала, что ошибка произошла по вине машинистки. Прокурор ПМР В.П.Захаров на мое указание о разночтении в фамилиях также свалил ответственность на непрофессиональную машинистку Верховного суда ПМР. Однако объяснения Ивановой и Захарова несостоятельны. Я профессиональный литератор, не один десяток лет работаю со словом и машинистками и знаю, что напечатать «Петкова» вместо «Петко» машинистка не может. Это исключено. Потому что неправильно напечатанное слово (Петкова) содержит правильное слово (Петко) и к нему добавлены две буквы. Таких опечаток не бывает. Бывают изменения неправильно прочитанных букв, но не добавление лишних букв к полностью правильно прочитанным. Не надо лукавить, машинистка напечатала именно то, что у нее было перед глазами в первоначальном тексте постановлении Президиума Верховного суда ПМР, а именно «Петкова» — так, как это было написано и в протесте прокурора. Таким образом, я утверждаю, что в Верховном суде ПМР первоначальный текст постановления был исправлен задним числом после моего указания на ошибку, что может быть квалифицировано как подлог. Попытка В.П. Захарова спрятаться за машинистку Верховного суда ПМР еще и потому несостоятельна, что ведь и в протесте прокурора Н.Стародуба значатся неправильные фамилии, причем такие же неправильные, буква в букву, как в постановлении Президиума. Это же надо, буква в букву! Видимо, все машинистки ПМР ошибаются одинаково. Но так не бывает. Правдоподобнее, что и машинистка прокуратуры, и машинистка Верховного суда ПМР печатали «Петкова» — так, как видели глазами на бумаге, которую им дали перепечатать. Это, во-первых. А во-вторых, — и самое главное! — даже если признать, что обе машинистки одинаково ошиблись, не мог Верховный суд ПМР рассматривать протест в отношении Новачиной и Петковой, а принимать постановление в отношении Новачлы и Петко. Не имел права. И нечего тут выкручиваться.

Неверно указаны суммы исковых требований и присужденная сумма. Без комментариев. Достаточно просто свериться с приговором. Кстати, в приговоре постановлено « Взыскать с Улыбина В.А. сумму ущерба в размере 2.054.000.00 млрд. руб.» То есть, с учетом деноминации, Улыбин должен был заплатить 2.054.000.000 деноминированных рублей. Это, конечно, является ошибкой Слободзейкого суда, подтверждающей правило — о низком качестве подготовки документов в судах ПМР.

И протест прокурора и постановление Президиума Верховного суда ПМР противоречат закону по многим позициям.

Прежде всего, отмечу, что оба документа устанавливают факт, который, как заявлено в этих документах, не был установлен Слободзейским судом. Тем самым превышены пределы прав надзорной инстанции (ст. 359 УПК ПМР).

Действительно, и в протесте, и в постановлении говорится : « В приговоре суда не указано , какие именно требования им удовлетворены, а какие оставлены без рассмотрения ( другими словами, этот факт Слободзейским судом не установлен – Л.Л.). Исходя из сумм расчета истцов (л.д.75) и указания об этом суда (л.д. 174), можно сделать вывод ( этими словами далее устанавливается факт, не установленный судом первой инстанции – Л.Л .), что суд удовлетворил требования истцов о возмещении расходов «в связи со смертью и похоронами» на сумму 394,34 у.д.е.» А далее этот факт, установленный не судом первой инстанции, а судом надзорной инстанции — Президиумом Верховного суда ПМР, объявляется незаконным и приговор суда первой инстанции в части гражданского иска отменяется: « Однако с таким выводом суда согласиться нельзя ( еще раз подчеркну: такой вывод сделал не Слободзейский суд, а сам Президиум Верховного суда ПМР в своем постановлении, – Л.Л.), поскольку из указанного расчета видно, что эти расходы в основном понесены на организацию поминок (9, 40 дней и т.д.), возмещение которых законом не предусмотрено» .

Важно, что послуживший причиной отмены приговора вывод сделан Президиумом Верховного суда (вслед за прокурором) не в утвердительной, а в предположительной форме: « можно сделать вывод». Резолютивная же часть – бесспорна и утвердительна. Уж вы будьте последовательны и напишите тогда и резолютивную часть также в предположительной форме: «Приговор суда в части гражданского иска можно отменить». Посмеемся вместе – и делу конец.

« Можно сделать вывод…» А можно ведь и не сделать. Или можно сделать совсем другой вывод. Действительно, в обоих документах утверждается, что «… из указанного расчета видно, что эти расходы в основном понесены на организацию поминок» . Из указанного расчета видно как раз другое, а именно: расходы на поминки составляют только треть (143 у.д.е.) от 394 у.д.е. Когда это у нас треть чего-либо стала « в основном» ? Остальные две трети не имеют никакого отношения к поминкам, а именно: компенсация за утраченный велосипед (100 у.д.е.), анатомирование (40 у.д.е.), изготовление оградки (30 у.д.е) и другие расходы на погребение. Исходя из того же самого расчета, который обозревал и положил в основу вывода Верховный суд ПМР, еще более обосновано « можно сделать вывод» , что « в основном» истцы требовали возместить не расходы на поминки, а утрату велосипеда и другие прямые расходы на погребение. Компенсация данных расходов, бесспорно, предусмотрена законом в полном объеме. Тогда позвольте спросить: на каком основании отменен приговор в части гражданского иска?

В обоих документах основание отмены сформулировано так: возмещение расходов на поминки « законом не предусмотрено» . И протест, и приговор отделались этой ничего не значащей фразой, в то время как закон требует точной ссылки на норму, которой руководствовались. Каким законом не предусмотрено? Из частного разъяснения Петко прокурора ПМР В.П. Захарова следует, что в протесте под « законом не предусмотрено» имелось в виду постановление Пленума Верховного суда МССР от 23.03.78 г. Но данное постановление утратило силу в связи с принятием постановления Пленума Верховного суда МССР от 3.05.88 г., о чем прокурор Захаров был поставлен нами в известность. А вот чем руководствовался Президиум Верховного суда ПМР в постановлении от 10.01.2003 г. не известно. 9.12.2003 г. Конституционный суд ПМР принял постановление №6-П/03 по делу о проверке конституционности правоприменительной практики Верховного суда ПМР при рассмотрении уголовных и гражданских дел в кассационном порядке и в порядке надзора, сложившейся после 22.07.2002 г. В п.5 названного постановления Конституционный суд указал, что «… постановления Пленумов Верховных судов СССР, МССР, ССР Молдова как один из видов правовых актов СССР, МССР, ССР Молдова утратили силу и не подлежат применению на территории ПМР с 24.07.2002 г.» Если в 2003 г. Президиум Верховного суда ПМР руководствовался постановлением Пленума Верховного суда МССР 1978 г. или даже 1988 г. , то это незаконно. Однако Петко Н.Н. поставить так вопрос перед Конституционным судом ПМР не может, поскольку в постановлении Президиума Верховного суда ПМР написано « законом не предусмотрено» — и все. Так Президиум Верховного суда ПМР лишил Петко Н.Н. возможности обжаловать принятое постановление в связи с неконституционностью .

Далее. И в протесте, и в постановлении установлено, что в ходе уголовного дела было подано два иска от двух разных истцов : « При рассмотрении настоящего уголовного дела жена погибшего в ДТП Новачлы М.К. обратилась с иском к подсудимому Улыбину о возмещении вреда в сумме 1769, 92 у. д.е. и дочь погибшего Петко Н.Н. о возмещении морального вреда в сумме 10000 у.д.е. (л.д.74-77).» В резолютивной же части прокурор просит, а Президиум Верховного суда ПМР удовлетворяет его просьбу: « Приговор Слободзейского районного суда от 13 октября 2000 г. по обвинению Улыбина в части гражданского иска отменить , оставив исковые требования Петко без рассмотрения , предоставив ей право обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства».

Вот ответьте на вопрос: в части какого из двух гражданских исков – Новачлы или Петко – произведена отмена приговора?

Если учесть замечание о незаконных поминках, то получается, что отменено решение по иску Новачлы, ведь именно в ее иске заявлены требования о возмещении расходов на поминки. Но тогда при чем здесь исковое требование Петко о возмещении морального вреда? Почему отказывая в иске Новачлы, оставляют исковые требования другого истца – Петко – без рассмотрения?

По смыслу резолютивной части вытекает, что приговор отменен в части гражданского иска Петко, при этом ее исковые требования оставлены без рассмотрения и ей предоставлено право обратиться в общегражданский суд. Но иск Петко был заявлен о возмещении морального вреда, а в постановлении ни слова не сказано о том, что удовлетворение морального вреда «законом не предусмотрено», о моральном вреде ни сказано вообще ни слова. Тогда чем обоснована отмена приговора в части гражданского иска Петко? К тому же, исковые требования Петко о компенсации морального вреда Слободзейским судом и не рассматривались, они рассматривались после вынесения приговора , другим, Тираспольским судом в порядке гражданского судопроизводства. Таким образом, Президиум Верховного суда ПМР предоставил Петко право вторично обратиться в суд с теми же самыми требованиями в порядке гражданского судопроизводства. Вот ведь что вытекает из резолютивной части.

Галиматья, конечно, однако она имела для Петко неприятные последствия. На основании постановления Президиума Верховного суда ПМР от 10.01.2003 г. преступник Улыбин подал заявление о повороте исполнения решения и потребовал вернуть 394 у.д.е., выплаченные им в возмещение расходов на похороны убитого им Новачлы Н.В. Моральная низость этого требования меркнет перед поступком так называемых судей ПМР (прежде всего говорю о члене Президиума Верховного суда ПМР Н.Демкиной – надо было видеть ее в кассационном процессе), которые с наслаждением, что могут «прищучить» Петко, удовлетворили требования убийцы. Не остановили: ни обоснованно выраженное недоверие всему составу суда, ни довод о том, что нигде в постановлении не сказано об отмене присужденных 394 у.д.е., ни довод о том, что при повороте исполнения решения возврат расходов на похороны «законом не предусмотрен», ни довод о том, что УПК ПМР вообще не предусматривает поворота исполнения решения, а ГПК в данном случае не применим, так как норма ГПК о повороте исполнения решения противоречит норме УПК о пересмотре приговора, а гражданский иск рассматривался в уголовном деле , в уголовном процессе.

Надо отметить, что гражданский иск в уголовном деле, как свидетельствует дело Петко-Улыбина, для судей ПМР является совершенно неподъемной проблемой. Сначала иск вообще не хотели рассматривать в уголовном деле. Затем с грубым нарушением закона его рассмотрели частично, оставшуюся часть передали на рассмотрение в общегражданский суд. Судьям ПМР как будто неведома разница между частичным удовлетворением иска ( это законом предусмотрено) и частичным рассмотрением иска ( это законом не предусмотрено). Им неведомо, что при передаче дела из уголовного процесса в гражданский процесс существенным, кардинальным образом нарушаются права истца. Поскольку в гражданском процессе бремя доказывания лежит на истце, в то время как в уголовном процессе бремя доказывания лежит на стороне, производящей производство по делу, то есть на следователе или прокуроре с их неизмеримо большими возможностями в истребовании и получении доказательств, необходимых для суда. Такая льгота в уголовном деле истцу (как правило, одновременно и пострадавшему) вполне объяснима: тем самым государство, не защитившее истца от уголовного преступления против него, берет на себя бремя заботы о возмещении ему материального ущерба, причиненного преступлением. Судьи ПМР этого не понимают, они применяли ГПК там, где он противоречил УПК, где УПК содержал специальную норму и потому должен был применяться только УПК. Пальма первенства тут, несомненно , принадлежит уже упомянутой Н.Воровальницевой. Она первая в рассматриваемом деле стала руководствоваться ГПК вместо УПК, отказывая Петко в надзорной жалобе на приговор и отклоняя доводы Петко о том, что закон не предоставляет суду права на частичное рассмотрение иска в уголовном деле ссылкой на норму ГПК, которая предоставляет суду право на частичное удовлетворение иска . Если бы Н.Воровальницева руководствовалась УПК, а не ГПК при принесении своего протеста, породившего волну незаконных и аморальных действий со стороны судебной и правоохранительной систем ПМР, никаких проблем бы с ее протестом не было . Ведь в отличии от ГПК, не предоставляющего заместителю председателя Верховного суда ПМР права опротестования решений суда первой инстанции, УПК ему такое право предоставляет. Чтобы больше не возвращаться к Н.Воровальницевой, замечу, что она неоднократно возникала в делах Петко и всякий раз, мягко говоря, невпопад. В последний раз она отказала в жалобе Петко на бездействие Тираспольской прокуратуры, не принимавшей в нарушение закона в течение 5 месяцев постановление по факту совершения судьями Вильгаук С.И. и Цверковичем А.Б. уголовно наказуемого деяния. При этом свой отказ Н.Воровальницева мотивировала тем, что вопрос о возбуждении уголовного дела в компетенцию Верховного суда ПМР не входит. А у нее никто и требовал возбудить уголовное дело. Я далек от мысли, что Н.Воровальницева некомпетентна. Она вот знает, что накануне, буквально пару месяцев перед тем, Верховный совет ПМР внес изменение в УПК ПМР, которым суды были освобождены от процедуры возбуждения уголовных дел, что еще совсем недавно входило в их компетенцию. Следит, значит, Н. Воровальницева за изменениями закона. Чего-то значит понимает. Но тогда ее нелепые аргументы заслуживают даже более пристального внимания как факты манипулирования законом и служебным положением, то есть должны оцениваться по более тяжелой статье. Не допускаю мысли, что в действиях Н.Воровальницевой присутствуют некие злоупотребления судебной властью. Скорее всего, ее действия продиктованы стойкими убеждениями в том, что вокруг – абсолютно безграмотный в правовом отношении народ, которому можно навесить на уши любую лапшу. Плюс дешевые амбиции собственной непогрешимости. Это, может быть, наиболее ярко просматривается у Н.Воровальницевой, но вообще-то проявляется у многих судей ПМР, с которыми довелось иметь дело. Многие них даже не утруждают себя подстраховаться хотя бы видимостью законности. Слободзейский судья В.Муклинов как будто не знает, что в судебных заседаниях необходимо вести протокол, который потом необходимо приложить к решению суда. Он этого не делает. Судья того же суда Г.Балан как будто не знает, что стороны по делу имеют право участвовать во всех судебных разбирательствах . Меня, например, многолетнего участника процесса, она просто не допустила , даже не скрывая своего раздражения в мой адрес .

Именно потому и встает вопрос о неспособности государства ПМР обеспечить надлежащее функционирование судебной системы.

Рассматриваемые протест прокуратуры и постановление Президиума Верховного суда ПМР от 10.01.2003 г. являются ярким примером профессионально-моральной несостоятельности судейских и правоохранительных кадров ПМР (говорю все-таки о профессионально-моральной, а не только моральной несостоятельности, поскольку в силу особенности профессии, моральная чистоплотность судьи, его честь и достоинство является частью его профессиональных качеств. «Ваша честь» обращаются к судье). Неряшливость, необоснованность (шапкозакидательство), нелогичность, недостойные мотивы появления в полной мере присутствуют в указанных документах. Не удивлюсь, если выяснится, что автором акции по пересмотру приговора Слободзейского суда была член Президиума Верховного суда ПМР Н.Воровальницева.

Постановление Президиума Верховного суда ПМР в одном, существенном пункте отличается от протеста прокурора, что не позволяет делать заключение об одном авторе у обоих документов. Но лучше бы для Верховного суда ПМР довериться прокурору полностью. Так, прокурор просил применить норму п.5 ст. 356 УПК ПМР и внести изменения в приговор. Но в постановлении от 10.01.2003 г. Президиум Верховного суда ПМР в этом прокурора не поддержал, руководствовался п.2 ст.356 УПК ПМР. Однако данная норма требует отменить приговор и прекратить дело производством либо передать его на новое судебное рассмотрение , и это требование не имеет ничего общего с резолютивной частью указанного постановления – « приговор Слободзейского районного суда от 13 октября 2000 г. по обвинению Улыбина в части гражданского иска отменить, оставив исковые требования Петко без рассмотрения, предоставив ей право обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства». Более того, резолютивная часть постановления препятствует разрешению спора. А если Петко Н.Н. с иском в порядке гражданского судопроизводства не обратится? У нее есть очень много оснований не обращаться.

Во-первых, не ясно с каким иском ей предоставлено право обратиться в суд. С иском о возмещении морального вреда, с которым она обращалась в суд первой инстанции? Или с иском по поводу возмещения расходов на погребение, с которым она в суд первой инстанции не обращалась?

Во-вторых, если речь идет о возмещения расходов на похороны, то эти расходы, являясь частью возмещения вреда, причиненного увечьем и иным повреждением здоровья, в общем случае не подлежат возврату, и незачем по этому поводу снова выяснять отношения.

В-третьих, Петко Н.Н. не предполагала и не обязана была хранить в течение четырех лет после вынесения приговора документы, подтверждающие расходы, которые, к тому же, являлись не ее документами, а находились у первоначального истца Новачлы М.К. Сегодня навести справки по поводу указанных документов нельзя, так как Новачлы М.К. умерла в 2000 г.

В-четвертых, передачей дела в общегражданский суд и грубым нарушением прав истца, которому теперь предстоит нести бремя доказывания, Президиум Верховного суда ПМР сделал заведомо проигрышным обращение Петко в суд. Если бы Президиум руководствовался п.2 ст. 356 УПК ПМР, должен был бы состояться новый уголовный процесс, в котором следователь обязан был представить в суд подтверждающие расходы доказательства. Поскольку, как выше было сказано, эти доказательства преднамеренно утрачены следователем Слободзейского РОВД О.И. Баланом еще на этапе предварительного расследования, при новом рассмотрении новому следователю, очевидно, пришлось бы собирать доказательства по аналогии. Такие доказательства Петко собрать затруднительно, если не сказать невозможно.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что постановление Президиума Верховного суда ПМР завело судебное производство по данному спору в тупик.

Чтобы как-то вывести ситуацию из тупика, Президиум Верховного суда ПМР поддержал просьбу прокурора оставить исковые требования Петко без рассмотрения. Если Петко не обратится по новой в суд, то никакого иска как бы и не было. При этом высший судебный орган ПМР допустил новое беззаконие. Оставление исковых требований без рассмотрения – вполне четкая правовая формула. Законом предусмотрен ограниченный список условий, при наличии которых исковые требования оставляются без рассмотрения. По УПК таких условий всего два. Первое, если истец не является на судебные заседания. Второе, если рассмотрение иска затягивает принятие приговора по уголовному делу. Совершенно ясно, что на момент принятия постановления Президиума Верховного суда ПМР – да и никогда ранее – ни первое, ни второе условие не имели места. По ГПК условий для оставления исковых требований без рассмотрения больше – всего шесть. Не буду их перечислять, уверен, членам Пленума Верховного суда ПМР они известны, сами смогут убедиться, что в деле Петко ни одно из этих шести условий не имело места. Вопрос: на каком основании исковые требования Петко оставлены без рассмотрения ?

После подробного анализа двух безобразных по мотивам появления и по исполнению документов – протеста прокурора от 25.12.2002 г. и постановления Президиума Верховного суда ПМР от 10.01.2003 г., уважаемым членам Пленума Верховного суда ПМР будет не трудно понять мотивы аналогичных по безобразию действий отдельных представителей судебной и правоохранительной системы ПМР в других делах с участием Петко . Поэтому скажу о них вкратце.

Дело Коробки В.Г . Инвалид первой группы с ампутированными ногами, на девятом десятке жизни Коробка В.Г. обратилась в суд с иском о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, ее зятя Новачлы Н.В., раздавленного Улыбиным. Интересы Коробки В.Г. в суде представляла Петко Н.Н. Иски о возмещении вреда в связи со смертью кормильца по закону должны рассматриваться в течение 10 дней. Первый судья Григорьева Л.К. рассматривала иск в течение 10 месяцев. Неоднократные попытки ускорить рассмотрение иска, с указанием на нарушение судом закона в части сроков рассмотрения, не возымели никакого действия ни в суде, ни в Министерстве юстиции ПМР. Нарушение сроков рассмотрения даже в таких исключительных обстоятельствах, как в случае с Коробкой В.Г., является в ПМР нормой в связи с перегруженностью судей. Каждый из них одновременно рассматривает несколько десятков исков (до 90). Это объективное обстоятельство. Вследствие него обеспечить исполнение закона в части соблюдения судами сроков рассмотрения дел государство ПМР не может. Но я утверждаю, что существует и субъективные причины задержки — преследование Н.Н. Петко. Они побуждают суды умышленно затягивать разрешение спора по иску Коробки В.Г. с целью дождаться смерти истца. В этом случае суды предполагают оставить исковые требования без рассмотрения. Тем самым указать Н.Н. Петко кто в доме хозяин. Приведу для примера два факта.

Кассационная коллегия Верховного суда ПМР под председательством члена все того же Президиума Верховного суда ПМР Н. Н. Демкиной отменяет решение судьи С.И.Чувакиной. Та рассмотрела иск Коробки В.Г. по второму кругу и удовлетворила его. В обоснование отмены Демкина со товарищи привела такую отсебятину, что даже судья Чувакина не выдержала. Она вынуждена была обратиться с надзорной жалобой в связи с отменой ее решения. По-моему, это уникальный в мировой судебной практике случай, если только не единственный в своем роде. Действительно, по мнению Демкиной со товарищи, суд должен был доказать, что погибший Новачлы мог по состоянию здоровья содержать на иждивении Коробку В.Г. и сегодня, если бы не был раздавлен Улыбиным. Доказать, что для этого у него должна была быть сегодня соответствующая большая зарплата. Суд, видите ли, не выяснил, на постоянной основе работал Новачлы или по договору. Все эти и другие требования не имели ни малейшего законного обоснования. Спустили иск на рассмотрение по третьему кругу — авось Коробка В.Г. не доживет до победы.

И другой факт. Судья Савицкая А.В. приступила к рассмотрению дела (по третьему кругу) через пять месяцев после того, как оно к ней попало. И тут же по ходатайству ответчика передала дело на экспертизу. Еще потянуть время , может, истец-таки умрет . При этом вопросы эксперту, на мой взгляд, не подлежали судебной экспертизе. Кроме того, судья Чувакина уже прибегала к помощи специалиста-эксперта, и это отражено в решении. Когда чувствуют, что не компетентны в специальном вопросе , не ждут пять месяцев и не ждут специального ходатайства стороны. Особенно в деле, на рассмотрение которого законом отпущено десять дней.

Затягивание дела через экспертизу — прием не новый. Использовался он уже и Улыбиным . В 2000 г. Улыбин заказал экспертизу, чтобы дождаться вступления в силу амнистии и избежать наказания. Сегодня он заказал экспертизу, чтобы дождаться смерти истца и также избежать наказания. В первом случае на все 13 вопросов эксперт отказался отвечать, поскольку ответ на них не подлежал экспертному заключению. Убежден, что и во втором случае , сегодня, мы получим отказ эксперта, если это будет независимый эксперт. Ответчик повторяется. Но и суд ПМР повторяется. В первом случае суд пошел на поводу у Улыбина против Петко. По тому поводу Петко пыталась возбудить дисциплинарное дело в отношении Слободзейского судьи Г.Балан. Делу не дали хода ни в Квалификационной коллегии судей, ни в Министерстве юстиции ПМР. И во втором случае суд пошел на поводу у Улыбина против Петко. Я уверен, что и теперь мы не сможем возбудить дисциплинарное дело по явным признакам действий, подрывающих авторитет суда.

В этом вопросе у нас нет никакого сомнения, поскольку даже уголовно наказуемые деяния, свершенные судьями ПМР, в этом государстве невозможно довести до надлежащего расследования. Я говорю об алиментном деле с участие Н.Н. Петко.

В ходе судебного расследования по этому делу Тираспольские судьи Вильгаук С.И. и Цверкович А.Б. сделали так, что важное доказательство в пользу Н.Н. Петко было ими изъято из дела. При этом судья Цверкович А.Б. переквалифицировал ходатайство Н.Н. Петко об обеспечении доказательств в исковое заявление и отказался его рассматривать, потому что оно не удовлетворяло требования, предъявляемым к исковым заявлениям (!) Естественно не удовлетворяло, ведь оно и не было исковым. С таким же успехом Цверкович мог объявить заявление Петко стихами и отказаться от их рассмотрения, поскольку в них не было рифмы. А Вильгаук С.И. просто не приняла в дело ходатайство Петко Н.Н. и таким образом вынесла заведомо неправосудное решение. Пять месяцев прокуратура Тирасполя не реагировала на заявление Петко Н.Н. с требованием возбудить уголовное дело по судьям. А потом возбудила против самой Петко Н.Н., заведомо невиновной, два уголовных дела. Да два уголовных дела под нажимом прокуратуры возбудила милиция Тирасполя. Трижды Верховный суд ПМР под совершенно вздорными объяснениями и без всяких объяснений отказывался рассматривать жалобу Н.Н. Петко на бездействие прокуратуры. Потом все-таки ее жалобу рассматривали дважды в Тираспольском суде, потом дважды в Бендерском суде. Естественно, отказали. При этом ни разу ни один из доводов Петко по существу не был рассмотрен ни в одном из судов. Не были эти доводы рассмотрены и в последней, кассационной инстанции Верховного суда ПМР. Любопытно, что еще до вынесения окончательного вердикта по делу один из фигурантов, Цверкович А.Б. назначается с повышением на должность председателя Слободзейского районного суда. В таких условиях смешно говорить об объективности или беспристрастности Верховного суда ПМР (да и всей судебной системы ПМР). Не случайно Н.Н. Петко заявила отвод всей судебной системе ПМР, не способной к самоочищению. Естественно, этот отвод удовлетворен не был. Одни члены Верховного суда ПМР «беспристрастно» продолжили рассматривать жалобу Петко Н.Н. в условиях, когда накануне другие члены того же Верховного суда ПМР рекомендовали подозреваемого в совершении уголовного преступления судью Цверковича А.Б. на должность председателя Слободзейского районного суда. Отгадайте с трех раз: какое решение вынес Верховный суд ПМР по жалобе Н.Н. Петко?

Уважаемые члены Пленума Верховного суда ПМР! К вам обращается человек, который в трудные годы становления республики приложил определенные усилия, чтобы прорвать информационную блокаду вокруг ПМР. За что Президентом ПМР ему было предоставлено гражданство ПМР. Нам всем дорога судьба республики. И мое заявление продиктовано не очернительством, не злопыхательством, а беспокойством перед нарастающей деформацией в одном из важнейших звеньев государственной власти республики – судебной власти. Люди, приватизировавшие правосудие в ПМР, это враги республики. Их деятельность каждодневно порождает справедливое негодование, каждодневно вбивает клин между властью и народом. Если этого не изменить, республика будет раздавлена, никто не встанет на ее защиту. Вот почему я считаю все описанное выше не простыми судебными ошибками (кто же не ошибается?), но факторами, ослабляющими госбезопасность. Я уверен, что в самой судебной и правоохранительной системе ПМР есть силы и люди, способные изменить положение. Люди порядочные, люди думающие. Люди ГОСУДАРСТВЕННЫЕ. Если бы считал, что там есть только демкины и воровальницевы, если бы судьба не свела с такими людьми, как судья Чувакина или бывший прокурор Слободзейского района Аверин – настоящими приднестровцами – я никогда не обратился бы к вам с этим заявлением.

femida-pmr.narod.ru

Популярное:

  • Нотариусы ярославля кировский район график работы Нотариусы Ярославль Ниже представлен список нотариусов в выбранной категории. Чтобы посмотреть подробную информацию по конкретному нотариусу, кликните по ФИО нотариуса. Нотариус Аввакумова Галина Кирилловна Телефон: +7 (4852) […]
  • Как заполнить договор купли продажи автомобиля 2014 образец Как самостоятельно составить договор купли-продажи авто? Если Вы решили продать свой автомобиль, то Вам необходимо будет оформить договор купли-продажи для подтверждения передачи прав собственности новому владельцу. Для этого, […]
  • Бти заявление по форме 3 Услуги БТИ - Справка по Форме № 3 (для оформления земельных отношений). Услуги БТИ - Справка по Форме № 3 (для оформления земельных отношений). Реестр выдаваемых документов. Наименование: Справка по Форме № 3 (для оформления […]
  • Просрочка договора купли продажи автомобиля штраф Просрочка договора купли продажи автомобиля штраф Получите квалифицированную помощь прямо сейчас! Наши адвокаты проконсультируют вас по любым вопросам вне очереди. Штраф за просрочку регистрации автомобиля в 2018 году 1500 - […]
  • Кандидат на должность президента рф может иметь двойное гражданство Статья 81 Конституции РФ 1. Президент Российской Федерации избирается сроком на шесть лет гражданами Российской Федерации на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании*(14). 2. Президентом […]
  • Мерседес транспортный налог Автомобили попадающие под налог на роскошь Налог на роскошь 2013 - список автомашин. ! Обновление от 04 марта 2014 года. Под налог на роскошь, согласно предложению депутатов, попадут автомобили, стоимостью более 3,000,000 […]
  • Приказы мвд рф по тех надзору Приказ МВД России от 22 декабря 2014 г. № 1123 “О признании утратившими силу нормативных правовых актов МВД России и отдельных предписаний нормативных правовых актов МВД России” (не вступил в силу) Признать утратившими силу […]
  • Проверка уголовного дела прокурором 6. Надзор прокурора за законностью и обоснованностью возбуждения и отказа в возбуждении уголовного дела Важным условием обеспечения законности и обоснованности возбуждения уголовных дел является прокурорский надзор (ст. 25,26 […]