Современная корпорация частная собственность

А. Берли и Г. Минз

А. Берли и Г. Минз: корпорации — институт общественной власти

Прямым развитием идей Веблена об «абсентеистской собственности» стала книга юриста из Колумбийского университета в Вашингтоне Адольфа Берли (1895-1971) и экономиста из Гарвардского университета

Гардинера Минза (1896-1988) «Современная корпорация и частная собственность» (1932). Привлекая обширный статистический материал, Берли и Минз сделали вывод о принципиальном отличии от капитализма прошлого повой стадии, основанной на господстве крупных акционерных компаний, в которых раздробленная и размытая собственность инвесторов отделена от контроля. Произошло сосредоточение экономической власти в руках менеджеров, которые осуществляют контроль над экономикой в своих интересах. И власть узкого слоя менеджеров не ограничивается частными предприятиями — она стала мощным общественным институтом, который охватывает целые районы, может причинить вред или пользу множеству людей, гибель одному сообществу и процветание другому. Поэтому лишена смысла формула, которую отстаивал тогдашний президент США Г. Гувер, о невмешательстве правительства в бизнес и бизнеса в политику.

Берли и Минз указывали, что 600 крупнейших корпораций контролируют две трети промышленности США, тогда как на совокупную долю 10 миллионов мелких индивидуальных фирм приходится одна треть. Эта статистика стала веским аргументом в риторике кандидата в новые президенты США Ф. Д. Рузвельта, что государство должно выйти на первый план и защитить общественные интересы.

К причинам возникновения институционализма относят переход капита­лизма в монополистическую стадию, который сопровождался значитель­ной централизацией производства и капитала, что и породило соци­альные противоречия в обществе.

Институционализм (с лат. institutio — “обычай, наставление”) — на­правление экономической мысли, которое сформировалось в 20- 30-е годы XX века для исследования совокупности социально-экономичес­ких факторов (институтов) во времени, а также для изучения социаль­ного контроля общества над экономикой.

Институты — это первичные элементы движущей силы общества, рас­сматриваемые в

историческом развитии. Среди институтов выделяют:

общественные институты — семья, государство, правовые нормы, мо­нополия, конкуренция и т. д.;

Институциоиализм характеризуется следующими положениями:

— основа анализа — метод описания экономических явлений;

— объект анализа — эволюция социальной психологии;

— движущей силой экономики наряду с материальными факторами явля­ются моральные, этические и правовые элементы в историческом раз­витии;

— трактовка социально-экономических явлений с точки зрения обществен­ной

— неудовлетворение применением абстракций, присущих неоклассицизму;

— стремление к интеграции экономической науки с общественными на­уками;

— необходимость детального количественного исследования явлений;

— защита проведения антимонопольной политики государства.

В развитии институционализма выделяют три этапа.

Первый этап — 20 — 30-е годы XX века; он характеризуется формирова­нием основных положений институционализма; родоначальниками этого этапа являются Г. Веблен, Д. Коммонс, У. Митчелл.

Второй этап — середина XX века; изучались демографические проблемы, социально-экономические противоречия капитализма, была разрабо­тана теория профсоюзного движения; типичными представителями яв­ляются Дж. М. Кларк, А. Берли, Г. Минз.

Третий этап — 60- 70-е годы XX века; этот этап называют неоинституционализмом, в котором экономические процессы ставятся в зависимость от технократии, а также объясняется значение экономических процес­сов в социальной жизни общества; видными идеологами этого этапа являются Н. Ноув, Дж. Гэлбрейт, Р. Хайлбронер, Р, Коуз.

13. Американский институционализм

1. Общая характеристика институционализма

В начале XX века в связи с ростом монополизма, антитрестовской политикой ученые-экономисты США, отражая изменения в реалиях жизни, разработали ряд теорий, которые положили начало новому направлению экономической мысли — социально-институциональному или институционализму.

Институционализм — в определенном смысле альтернатива неоклассическому направлению экономической теории. Теоретики институционализм предметом анализа считают экономические и неэкономические проблемы социально-экономического развития, к движущим силам экономики наряду с материальными факторами относят также духовные, моральные, правовые и другие, рассматриваемые в историческом контексте, объекты исследования — институты они рассматривают совокупно, не делят на первичные и вторичные и не противопоставляют их друг другу.

Институционализм — качественно новое направление экономической мысли, которое вобрало в себя лучшие теоретико-методологические достижения предшествующих школ экономической теории и прежде всего:

И маржинальные принципы экономического анализа неоклассиков, основанные на математике и математическом аппарате (в части выявления тенденций в развитии экономики и изменений конъюнктуры рынка);

В методологический инструментарий «исторической школы» Германии для исследования проблем «социальной психологии» общества. М. Блауг выделяет три черты в области методологии, «пытаясь определить суть институционализма»:

в неудовлетворенность в высоким уровнем абстракции, присущем неоклассике, и в особенности статическим характером ортодоксальной теории цен;

Я стремление интеграции экономической теории с другими общественными науками, или «вера в преимущества междисциплинарного подхода»;

• недовольство недостаточной эмпиричностью классической и неоклассической теорий, призыв к детальным количественным исследованиям.

Возникновение институционализма одни считают с даты публикования «Теории праздного класса» Т. Веблена

• 1899г., другие 20-30-е годы XX века — с публикаций Дж. Коммонса и У. Митчелла. труды этих американских ученых отличает:

• идея учета влияния на экономический рост всей совокупности общественных отношений;

• необходимость вмешательства государства в экономику.

Понятие «институт», лежащее в основе названия теории, рассматривается институционалистами в качестве первичного элемента движущей силы общества в экономике и вне ее. К «институтам» они относят самые разнообразные категории н явления — государство, семья, предпринимательство, монополии, предпринимательство, частная собственность, профсоюзы, религия, нравы н т.п., предопределяющие обычаи, привычки, этику, правовые решения, общественную психологию н главное — эволюцию экономики.

2. Основные направления институциональной теории

2.1. Торстейн Веблен (1857-1929) — лидер социально-психологического (технократического) варианта институционализма, автор крупных трудов в области экономики и социологии, в которых он исходил из теории эволюции природы Ч. Дарвина, принципа взаимосвязи и взаимообусловленности всех общественных отношений, в т.ч. экономических и социально-психологических. В прошлом студент Дж.Б. Кларка, он стал противником теории своего учителя, многие его воспринимали как американского Маркса.

Т. Веблен считал, что «институты — это результаты процессов, происходивших в прошлом, они приспособлены к обстоятельствам прошлого и, следовательно» не находятся в полном соответствии с требованиями настоящего времени», т.е. привычными способами мышления и общепринятым поведением. Отсюда, делает он вывод, необходимо их обновление в соответствии с законами эволюции к «требованиям настоящего времени», т.е. привычными способами мышления и общепринятым поведением.

Название его основных работ «Теория праздного класса» (1899), «Инстинкт мастерства» (1914), «Инженеры и система цен» (1921), «Собственность отсутствующего» (1923) и др. — подчеркивает его особое видение проблем социально-экономического развития общества.

Основные теоретические положения:

1) Убежденность в эволюционном преобразовании общества он основывал на своеобразном преломлении теории эволюции природы Ч. Дарвина — «жизнь человека в обществе точно так же, как жизнь других видов, — это борьба ia существование, а следовательно, это процесс отбора и приспособления. Эволюция общественного устройства явилась процессом естественного отбора социальных институтов». При этом он отрицает марксистские положения о «классовой эксплуатации» и «исторической миссии» рабочего класса — экономическими мотивами людей движут прежде всего родительское чувство, инстинктивное стремление к знаниям и высокому качеству выполняемой работы.

2) В теории «праздного класса» отношение «имущего непроизводственного» класса к экономическому процессу Т. Веблен характеризует как отношение «стяжательства, а не производства, эксплуатации, а не полезности» Этот класс предпочитает «обычаи мира бизнеса», сложившиеся под «направляющим и избирательным действием законов хищничества или паразитизма». Эволюция общественной структуры — это «»процесс естественного отбора институтов» в «борьбе за существование». Об этом положении П. Самуэльсон пишет: «Мой учитель Иозеф Шумпетер как-то метко заметил, что способность человека действовать как «логическое животное», могущее систематически проявлять эмпирико-индуктивный метод, сама по себе является прямым следствием дарвиновской борьбы за выживание».

3) Концепция реформ Веблена -имеет немарксистскую позицию. Критикуя «паразитический» образ жизни занятых только финансовой деятельностью рантье, осуждая подчинение сферы «индустрии» миром «бизнеса» в лице финансистов и крупных предпринимателей, стремящихся к максимальной прибыли, он предлагал дальнейшую эволюцию общества путем реформирования, а не революцию и «диктатуру пролетариата» и предполагал, что научно-технический прогресс, возрастание роли инженерно-технической интеллигенции, преследующей цели оптимизации и повышения эффективности производства, неизменно ведет к зависимости «бизнеса» от них, а следовательно и к переходу власти к их представителям — «совету техников» «Индустриальная система» перестанет служить монополистам, т.к. мотив технократов и индустриалов — не прибыль, а служение интересам всего общества.

2.2. Джон Р. Коммонс (1862-1945) — лидер социально-правового (юридического) течения институционализма

Исследуя такие коллективные институты как семья, профсоюзы, торговые объединения, производственные корпорации, правовые отношения и другие, приоритетное внимание уделял юридико-правовым институтам Исходил из попытки «сделать систему бизнеса эффективной настолько, чтобы она заслуживала сохранения», и неприятия классовой борьбы. Основные положения его теории:

1) В концепции стоимости Дж.Р. Коммонс использовал правовой аспект — стоимость товарной продукции есть результат юридического соглашения «коллективных институтов» — союзов корпораций, политических партий, выражающих профессиональные интересы социальных групп и слоев населения Марксистскому учению о классовой борьбе он противопоставил положение о проведении государством реформ в области законодательства и создании правительства, представленного лидерами различных «коллективных институтов». Был убежден в необходимости такого правительства, которое было бы подконтрольно общественному мнению н осуществляло бы демонополизацию экономики

2) Центральная идея главных трудов «Правовые основания капитализма» (1924), «Институциональная экономика. Ее место в политической экономии» (1934) и др. — эволюция капитализма свободной конкуренции в финансовую стадию. Ее суть — «нечестная монополистическая конкуренция предпринимателей»вызывает усиление «социального конфликта», который могут устранить только государственные правовые решения в рамках экономических реформ. Это ознаменует переход к стадии административного капитализма.

Следует отметить, что идеи Дж.Р. Коммонса, как и идеи Т. Веблена, нашли свое отражение уже в 30-е годы в «новом курсе» президента США Ф. Рузвельта

2.3. Уэсли Клер Митчелл (1874-1948) — ученик и последователь Т. Веблена, автор конъюнктурно-статистического (эмпирико-прогностического) течения институционализма, руководитель Национального бюро экономических исследований (1920-1945).

Основная работа «Лекции о типах экономической теории» (1935). Исходя из идей Т. Веблена, доказывал взаимосвязь экономических проблем с неэкономическими — в области социологии, культуры и др. обуславливающими психологию, поведение и мотивы деятельности людей в обществе.

Его личный вклад в институциональную теорию заключается:

• в выявлении влияния на экономические факторы (денежное обращение, кредит, финансы и др.) неэкономических факторов (психологии, поведения и пр.) посредством конкурентного изучения цифровых показателей и установления закономерностей в колебаниях (конъюнктуре) этих показателей на базе широкого массива статистических данных по фактическому материалу и ее математической обработки;

• в попытке обоснования концепции бескризисного цикла посредством различных вариантов государственного вмешательства в экономику.

У.К. Митчелл является основателем Национального бюро экономических исследований, один из первых исследователей циклов в экономике. Считал необходимым государственное воздействие на экономику в области денег, финансов и кредита во взаимосвязи с социально-культурными проблемами и с учетом психологического анализа.

Представители этого направления еще в 20-е годы в «конъюнктурном барометре» в Гарварде на основе «анализа динамических рядов» публиковали первые прогнозы экономического роста, лежащие в основе новой отрасли экономической науки — эконометрики. Применение математики и статистики позволили У.К. Митчеллу и его коллегам рассчитывать длительность малых и больших циклов, привели к попыткам создания модели бескризисного (нециклического) развития экономики, предсказания отклонений в динамике показателей и предотвращении спада Средством смягчения циклических колебаний, по его мнению, должен являться специальный государственный планирующий орган, осуществляющий свою деятельность не на директивной, а на рекомендательной основе, используя прогнозирование реальных и достижимых конечных целей.

Неквалифицированный прогноз «Гарвардского центра» накануне великой депрессии, предвещавший рост экономики, показал несовершенство исследовательской базы, но продемонстрировал правильность главного положения — о необходимости государственного и социального контроля над экономикой Именно поэтому институцирнализм считается одним из теоретических предшественников кейнсинианской и неолиберальной концепций государственного регулирования экономики, основной идеей которых является вмешательство государства в экономику.

studfiles.net

Современная корпорация и собственность

Московский государственный университет путей сообщения

Казанский филиал МИИТ

по дисциплине «Институциональная экономика»

на тему: Современная корпорация и собственность

Процесс распределения капитала – как между отдельными фирмами, так и внутри них – является центральным элементом капитализма как экономической системы.

В самом общем смысле систему корпоративного управления можно было бы определить как набор институциональных механизмов (средства контроля плюс каналы информации), способствующих перетоку сбережений от их владельцев к тем, кто знает, как лучше ими распорядиться.

Насколько эффективно осуществляется перераспределение капитала между фирмами и внутри них, во многом зависит от того, какую структуру собственности они имеют – дисперсную или высококонцентрированную. Речь идет о концентрации собственности, т.е. о распределении акционерного капитала между различными владельцами внутри отдельных компаний. Чем больше доля акций, принадлежащая крупнейшему собственнику или группе из нескольких крупнейших собственников компании, тем выше концентрация собственности.

Как известно, начало систематической разработке данного раздела экономических исследований положила классическая работа А. Берли и Г. Минза “Современная корпорация и частная собственность”. В ней был сформулирован знаменитый тезис об отделении собственности от контроля, из которого следовало, что деконцентрация собственности способна порождать множество трудноразрешимых проблем и резко отрицательно сказываться на экономической эффективности. В условиях распыленной акционерной собственности деятельность наемных менеджеров становится фактически бесконтрольной и они получают возможность преследовать свои личные интересы в ущерб интересам акционеров – работать с низкой отдачей, неоправданно завышать собственное вознаграждение, ввязываться в амбициозные убыточные проекты и т. д. В изображении Берли и Минза современная корпорация представала в виде крупной фирмы с множеством разрозненных мелких акционеров и горсткой всесильных, никому не подотчетных менеджеров, узурпировавших право на принятие решений и распоряжающихся чужим богатством по собственному усмотрению.

Хотя в последующие десятилетия само понятие современной корпорации, введенное Берли и Минзом, получило широкое признание, их центральный тезис об отделении собственности от контроля не был принят безоговорочно и начал подвергаться всевозможным корректировкам, уточнениям и дополнениям. Исследователи сосредоточили свои усилия на выявлении институциональных механизмов, которые были бы способны, несмотря на отделение собственности от контроля, дисциплинировать поведение наемных менеджеров в интересах собственников. К числу таких механизмов относятся: возможность привлечения менеджеров к судебной ответственности за недобросовестное исполнение своих обязательств; контроль со стороны Советов директоров; активное участие в выработке и принятии важнейших для компании решений крупных инвесторов (прежде всего – институциональных), сосредоточивших в своих руках значительные пакеты акций; мониторинг со стороны банков, выступающих по отношению к корпорациям в роли кредиторов; практика голосования по доверенности, позволяющая мелким акционерам объединять свои усилия и получать большинство голосов на общих собраниях; использование стимулирующих схем вознаграждения высших управляющих; рынок поглощений, где акции компаний, которыми руководят недобросовестные или недостаточно компетентные менеджерские команды, скупаются охотниками-рейдерами, а затем, после реструктуризации компании, вновь выносятся на рынок; внедрение в сознание будущих менеджеров в процессе их подготовки в бизнес-школах этических норм, ориентированных на защиту интересов акционеров, и др.

И все же конечный вывод, следовавший из этих исследований, состоял в том, что тезис Берли и Минза сохраняет силу при наличии любых, даже самых совершенных институтов корпоративного управления. Хотя дисциплинирующие механизмы, перечисленные выше, могут значительно снижать риск менеджериального оппортунизма, они не в состоянии устранить его полностью, поскольку их использование в свою очередь требует немалых издержек.

Первую волну исследований, посвященных проблемам корпоративного управления, отличал явно выраженный «американоцентризм». Поскольку они строились почти исключительно на материале США, это было в каком-то смысле неизбежно. Неявно подразумевалось, что во всем мире системы корпоративного управления устроены примерно одинаково, так что проблемы, характерные для корпоративного сектора США, имеют универсальную значимость. Этот односторонний подход стал преодолеваться лишь постепенно, в 1970–1980-е годы, когда в поле зрения исследователей попали две другие крупнейшие экономики мира — Германии и Японии. Анализ показал, что большинство ведущих компаний этих стран мало походят на “современную корпорацию” в изображении Берли и Минза. Ядром германской системы корпоративного управления выступают крупнейшие банки, японской – бизнесгруппы (кейрецу), также строящиеся вокруг банков. И поскольку в тот период казалось, что Германия и Япония развиваются намного успешнее, чем США, трудно было избежать искушения и не связать различия в экономических достижениях с различиями в национальных моделях корпоративного управления. Множество монографий и журнальных статей были посвящены доказательству, что американские акционеры близоруки и руководствуются исключительно краткосрочными спекулятивными мотивами, тогда как дальновидные немецкие и японские инвесторы вдохновляются интересами долгосрочного развития своих компаний; что банки (в силу их профессиональной компетенции) не только являются более надежными поставщиками инвестиционных ресурсов по сравнению с рынком капитала, но и эффективнее “контролируют” деятельность менеджмента и т. п.

Однако на рубеже 1980–1990-х годов, когда Германия и Япония попали в затяжную полосу экономических неудач, эта мода стала быстро сходить на нет. Новая консенсусная точка зрения, утвердившаяся в первой половине 1990-х годов, была выражена в знаменитом обзоре по проблемам корпоративного управления А. Шляйфера и Р. Вишни. В нем был сформулирован тезис, который можно было бы назвать “тезисом об эквивалентности”. После детального анализа национальных особенностей систем корпоративного

Примерно тогда же британскими исследователями Дж. Франксом и К. Майером была предложена обобщающая формула, которая в сжатом виде выражала главные отличительные характеристики организации корпоративного сектора в США, Германии и Японии. Три признака рассматривались в качестве ключевых: 1) какой из внешних источников финансирования инвестиций является ведущим; 2) где сосредоточен контроль; 3) на чьи интересы преимущественно ориентирована вся деятельность корпораций. Согласно Франксу и Майеру, англосаксонская модель корпоративного управления – это модель с доминированием рынка капитала, контролем со стороны аутсайдеров и ориентацией на интересы акционеров. Соответственно альтернативная модель, действующая в Германии и Японии, описывалась ими как модель с доминированием банков, контролем со стороны инсайдеров и ориентацией на интересы стейкхолдеров – более широкого круга агентов, включающего помимо собственников компаний также и их работников, поставщиков, потребителей, представителей местных сообществ и т. д.

Однако уже во второй половине 1990-х годов консенсусные представления, сложившиеся в предшествующий период, подверглись радикальному пересмотру. Можно говорить, что произошел настоящий концептуальный прорыв. И дело не только в том, что трудности, с которыми столкнулись экономики Германии и Японии, продолжали нарастать и в них наметился несомненный сдвиг в сторону англосаксонской модели корпоративного управлени. Гораздо важнее, что в поле зрения исследователей наконец попали большие массивы данных, относящихся к разным странам, благодаря чему стало ясно, что в действительности мир корпоративного управления выглядит далеко не так, как казалось раньше.

Новейшие исследования, опираясь на этот основополагающий критерий, выделяют две базовые модели крупной корпорации. Во-первых, это корпорация с распыленной собственностью, или, в иных терминах, с широким владением акциями – модель W. Речь по существу идет о “современной корпорации” Берли — Минза, контролируемой профессиональными менеджерами с лояльным им Советом директоров и пассивной массой мелких акционеров. Во-вторых, это корпорация с концентрированной собственностью, или, в иных терминах, с доминирующими собственниками блокхолдерами – модель B. В этом случае речь идет о корпорации, контролируемой крупными собственниками, которые имеют возможность по собственному усмотрению формировать Совет директоров (при необходимости возглавляя его), а также назначать и менять высших менеджеров.

Если говорить об ареалах распространения моделей W и B, то для первой – это англосаксонские страны, для второй – практически весь остальной мир. Вот как описывается мировой корпоративный ландшафт в недавнем исследовании Национального бюро экономических исследований США, посвященном сравнительному анализу национальных моделей корпоративного управления: “Капитализм начала XXI века представляет собой пеструю смесь экономических систем. В США капитализм – это система, где множество корпораций конкурируют друг с другом за потребителей. Монополии находятся вне закона, хотя защита от них с помощью судов не всегда оказывается надежной. Каждая корпорация имеет генерального директора, который диктует, как правило, пассивному Совету директоров корпоративную политику и стратегию. Действительными собственниками американских крупнейших корпораций являются миллионы акционеров, принадлежащих к среднему классу, но поскольку каждый из них владеет лишь несколькими сотнями или тысячами акций, то в большинстве случаев они остаются дезорганизованными и бессильными. Лишь немногие институциональные инвесторы аккумулируют настолько большие пакеты акций крупных фирм (от 3 до 5%), что их голоса обретают достаточную громкость и начинают проникать в зал заседаний Совета директоров. Генеральные директора корпораций пользуются предоставленной им огромной властью (вплоть до злоупотребления ею) исходя из своих личных политических, социальных и экономических убеждений. В большей части всего остального мира капитализм – это система, где горстка неимоверно богатых семей контролирует почти все крупнейшие корпорации страны, а иногда и ее правительство в придачу”.

Важные дополнительные штрихи в эту картину вносят системы корпоративного управления, действующие в Германии и Японии. Дело в том, что в системе координат W/B они не поддаются однозначной классификации и предстают как своего рода уникумы, почти не имеющие аналогов в других частях мира.

Если говорить о наиболее фундаментальном расхождении между моделями W и B, то оно прямо вытекает из неодинакового уровня концентрации собственности. Именно этим определяется, какой тип конфликтов оказывается для них основным. В одном случае это конфликт между акционерами и наемными менеджерами, в другом – между блокхолдерами и всеми остальными акционерами. В рамках модели W речь идет о некомпетентности или оппортунистическом поведении профессиональных менеджеров, в рамках модели В – о некомпетентности или оппортунистическом поведении крупнейших акционеров. В первой существует риск экспроприации богатства инвесторов со стороны наемных менеджеров, во второй – риск его экспроприации со стороны доминирующих собственников. В известных пределах эти конфликты являются взаимопогашающимися: можно ожидать, что по мере нарастания концентрации собственности острота первого должна ослабевать, тогда как второго – усиливаться.

Эволюция корпоративного управления – это сложный, многогранный процесс. Самые различные факторы – как систематические, так и случайные – действуют здесь одновременно, переплетаясь и накладываясь друг на друга. Не удивительно, что в любой стране организация крупного бизнеса отличается множеством индивидуальных особенностей, которые определяются ее историей, законодательством, структурными характеристиками экономики, политической системой и т. д. Таким образом, выбор в пользу той или иной модели корпоративного управления направляется далеко не только соображениями экономической эффективности, понимаемой в узком смысле.

Анализ вклада разнообразных исторических, правовых, идеологических и политических факторов в формирование национальных систем корпоративного управления важен не только сам по себе. Он наглядно показывает, насколько велика в этой области экономических отношений значимость феномена зависимости от пути, когда, вступив на определенную траекторию институционального развития, потом бывает чрезвычайно трудно (а подчас и невозможно) с нее сойти. В результате устойчивые, долговременные различия между национальными моделями корпоративного управления очень часто оказываются обусловлены событиями далекого прошлого, не имеющими, на первый взгляд, никакого отношения не только к корпоративному сектору, но и вообще к экономике.

1. Капелюшников Р. Собственность и контроль в российской промышленности // Вопросы экономики. 2002. № 12.

2. Долгопятова Т. Г. Становление корпоративного сектора и эволюция акционерной собственности. М.: Высшая школа экономики, 2003.

www.litsoch.ru

8. Современные корпорации в промышленио развитых странах

Как было показано выше, корпорации прошли сложный путь разви-

тия от сравнительно несложных, основанных на личной связи и полной

ответственности всех их участников до компаний, построенных по принци-

пу акционерных обществ, с ограниченной ответственностью держателей

ценных бумаг, выпущенных с целью объединения крупного капитала.

Путь развития корпораций в определенной степени повторяет и кор-

Укрупнение корпораций привело к необходимости регулирования

внутренних отношений с помощью норм, которые ими разрабатывались и

применялись по отношению к их членам (работникам). Это касается

корпораций, основанных на различных видах собственности. Но особое

место корпоративные нормы занимают в акционерных обществах, с кото-

рыми связаны судьбы многих и многих людей. Организовать деятельность

таких сообществ без корпоративных норм практически невозможно.

В настоящее время процесс укрупнения корпораций продолжается.

Если ранее инвесторами их выступали только граждане, то сейчас во

многих странах распространенным является участие в них и юридических

лиц. Это дало возможность создавать суперакционерные общества. Таким

образом, появляются своего рода ассоциированные капиталисты: в Герма-

нии более распространены картели, концерны, во Франции — синдикаты,

в Англии, США — держательские (холдинговые) компании. Некоторые из

них держат господство над целыми отраслями.

Современные корпорации очень сложны по своей структуре. Так,

например, в рамках концерна осуществляется горизонтальное и вертикаль-

ное комбинирование, создается научно-технический центр.

В последнее время развиваются процессы диверсификаций и возни-

кают объединения, в которых под единым руководством группируются

предприятия, относящиеся к различным отраслям народного хозяйства,

Нередко создаются различные объединения объединений, т.е. систе-

мы компаний. В результате этого возникает новая система управления

ими, главной особенностью которой является контроль без бремени со-

бственности, господство без хозяйственных рисков.

Одним словом, современные корпорации в промышленно развитых

странах больше напоминают корпоративные империи.

Тенденция к образованию крупных корпоративных объединений

частично объясняется более низкими издержками производства и сбыта

продукции. Крупные корпорации действительно являются детьми конку-

ренции. В жесткой борьбе за выживание и прибыли победа обеспечивается

высокой экономической эффективностью.

Таким образом, крупные размеры корпорации связаны с эффектив-

ностью производства. Современная технология требует столь огромных затрат,

что они оказываются под силу лишь крупным производителям; крупные

фирмы, кроме того, могут расходовать больше средств на рекламные

кампании и создавать более крупные по размерам и действующие более

напористо сбытовые организации. Большая корпорация имеет возможность

распоряжаться сырьевыми ресурсами, создавать исследовательские лабо-

ратории, скупать изобретения, привлекать ученых, инженеров, техников.

Она может контролировать большую долю рынка, чтобы ее голос был

слышен громко в соглашениях о ценах. И, наконец, она может оказывать

давление на само правительство.

Корпорации сами по себе становятся, в известном смысле, частными

правительствами. Их решения влияют на размеры и распределение наци-

ональных продуктов, направленность капиталовложений, уровни занятос-

ти и покупательскую способность населения. В сущности, они взимают

налоги с потребителя, определяя уровни цен и объемы производства.

Представление о ценах, устанавливающихся в результате свободной

игры рыночных сил, сегодня нуждается в пересмотре: в ряде отраслей с

массовым производством товаров цены устанавливаются небольшим чис-

лом корпораций с учетом издержек производства, прибылей, объема про-

даж и возможностей транспортной системы. Таковы негативные последст-

вия крупных корпораций.

Но, с другой стороны, есть ли историческая альтернатива им?

Одной из альтернатив является государственная собственность. Но

она порождает проблемы, как теперь отчетливо видно на примере России,

большие, чем те, что связаны с властью корпораций. Если одна группа,

слой чиновников обладает властью во всех сферах, т.е. монопольной властью,

то почвы для злоупотреблений значительно больше. Корпораций же много,

и одно это уже обнадеживает.

Корпоративный строй в промышленно развитых странах на совре-

менном этапе отличается следующими особенностями:

1) принцип частного владения в предпринимательстве вытесняется

принципом владения коллективного, как то: акционерного, государственного;

2) постепенное сведение на нет частной собственности повлекло за

собой и ослабление стимула к получению прибыли. Сейчас в качестве

стимула выступают, помимо сохранения права распоряжаться своими ка-

питаловложениями, категории нематериального (морально-идеального)

свойства: степень влияния на правительство, новые зачинания, обществен-

ное признание и т.п.;

3) в обществе происходит разделение единого ранее центра власти на

два: формальный (правительственный) и фактический (корпоративный);

4) все более и более наблюдается переход от решений, диктуемых

свободным рынком, к решениям, принимаемым административной груп-

пой (не обязательно правительственной).

Возникает вопрос., а не идет ли западное общество к корпоративному

Анализ состояния дел в странах, о которых идет речь, не дает пока

положительного ответа на этот вопрос.

Во-первых, потому, что основным видом корпоративной деятельнос-

ти является экономическая, а не политическая. Даже при затухании сти-

мула к получению прибыли основным побудительным мотивом в деятель-

ности корпораций служит по-прежнему скорее стремление к прибыли и

созидательным достижениям, чем к политической власти.

Во-вторых, решения в корпоративной экономике децентрализованы.

Лишь только в кризисных ситуациях, например, в периоды сильной

инфляции, наблюдаются централизованные решения по вопросам потол-

ков цен и заработной платы. Но даже когда эти решения необходимы, они

осложняют экономический процесс и могут допускаться на краткосрочный

В-третьих, корпорации продолжают бороться друг с другом. Конеч-

но, понятие конкуренции множества отдельных производителей или про-

давцов сейчас иное: жесткая конкуренция между ними перешла в мягкую

конкуренцию, конкуренцию за потребителя.

В-четвертых, появление мощных профсоюзов можно рассматривать

как элемент экономического здоровья, как крупную уравновешивающую

силу по отношению к всевластию корпораций.

И, наконец, все более и более повышающееся качество правитель-

ственного регулирования, система применяемых правительством мер для

стабилизации экономики являются важной гарантией против уничтожения

корпорациями друг друга, а заодно общественного благосостояния.

Вот почему странам Западной Европы и США не грозит установле-

ние тоталитаризма, пусть даже и на корпоративной основе.

texts.news

Популярное:

  • Крупный размер налога Крупный и особо крупный размер уклонения от уплаты налогов Существенные изменения внесены Законом № 383-ФЗ также в нормы УК РФ. В частности, в прошлом году были изменены суммы крупного и особо крупного размера уклонения от […]
  • Ответственность гражданина за неуплату налогов Ответственность гражданина за неуплату налогов Разъясняет заместитель начальника управления по надзору за процессуальной деятельностью органов Следственного комитета Российской Федерации прокуратуры г. Москвы Сергей […]
  • Приказ no 500 мчс россии Приказ МЧС России от 23 мая 2017 г. № 230 "Об утверждении Положения об уполномоченных на решение задач в области гражданской обороны структурных подразделениях (работниках) организаций” (не вступил в силу) В соответствии с […]
  • Длина радиоволны на которой суда передают сигнал бедствия Тестирование на тему: «Электромагнитные волны» Успейте воспользоваться скидками до 50% на курсы «Инфоурок» 1. Колебания, распространяющиеся в пространстве с течением времени, называются: а) свободными г) волной б) вынужденными […]
  • Штраф мжи На своем официальном сайте Мосжилинспекция регулярно публикует бравурные реляции о ее борьбе за права граждан. Только вот меня терзают смутные сомнения. Например, вот такой отчет о проделанной работе: "Неисправные и грязные окна […]
  • Адвокат по семейным делам в санкт-петербурге Адвокат по семейным делам в санкт-петербурге Седовина Татьяна Николаевна, специалист по работе с проблемными семьями Берлин Юлия Ильинична, консультант по общему и финансовому управлению Адрес: Санкт-Петербург, Добролюбова пр., […]
  • Закон об страховании рк Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке Финмаркет, 6 августа 2008 г.Число жалоб граждан на страховщиков в Росстрахнадзор за 4 года выросло в 10 раз Число обращений граждан в Росстрахнадзор увеличилось в 10 […]
  • Страховка от укуса клеща Страхование от клеща.Челябинск П редлагаем страховой полис по программе добровольного медицинского страхования Стоимость полиса «Антиклещ»: Страховая сумма, руб. Страховая сумма 1 000 000,00 руб. самая большая в […]